23 Мар

Дружеские шаржи тропического леса

Г. Коломейцева
Фото — В. Шелейковского и Г. Копомейцевой
Журнал «Миллион Друзей» №2-3, 1999 г.

      Европейской науке орхидеи были известны со времен Теофраста (372-287 г. до н.э.) и Диоскорида (1 в.н.э.), которых интересовали, в основном, фармакологические свойства этих растений. В первой, посвященной исключительно орхидным, работе Карла Линнея «Виды орхидей», которая была опубликована в 1740 г., описано 6 родов европейских наземных орхидных и род Epidendrum, куда вошли все известные тогда эпифитные орхидеи. Досконально изучив особенности внешнего вида и биологические свойства, а также бережно сохранив названия, данные еще греческими авторами, Линней и его последователи добились поразительного эффекта — почти все латинские названия европейских орхидных, переведенные на местные языки, воспринимаются как народные и способствуют узнаванию растений в природе. Например, гнездовка (Neottia L.) встречается у Теофраста под именем nidus avis (птичье гнездо) и имеет удивительным образом сплетенные подземные корни, напоминающие воронье гнездо; название ятрышник (Orchis L), также встречающееся у Теофраста, указывает на округлые подземные клубни, похожие на гениталии животных; название бровник (Ophrys L.) говорит о бровеобразных выростах губы; род серапиас (Serapias L.) назван Диоскоридом, а затем и Линнеем, по имени египетского бога плотских удовольствий и плодовитости Серапиаса и намекает, вероятно, на возбуждающие свойства этих орхидей.

Первые живые тропические орхидеи зацвели в оранжереях Европы только в 30 — х годах XVIII века. Это были башмачок королевы (Cypnpedium reginae Walt.), блетия пурпурная (Bletia purpurea (Lam.) DC) с Багамских островов и ванилла плосколистная (Vanilla planifolia Andr.) из Мексики, а спустя еще несколько десятилетий в Европе началась настоящая «орхидная лихорадка». Путешественникам, возвращавшимся из далеких экспедиций, хотелось показать дома роскошные краски джунглей и удивительное богатство форм живой природы. В качестве сувениров они собирали и привозили неизвестных европейцам ярких райских птиц, фантастических бабочек, причудливые плоды, раковины морских моллюсков и диковинные тропические цветы — орхидеи, которые переливающейся окраской и удивительными очертаниями нередко соперничали и с животными, и с насекомыми экзотических стран. Все новые и новые виды орхидей, найденные в тропиках, стекались для идентификации и научного описания в университеты и ботанические сады Англии и Европы. Ученым, описывающим растения исключительно по гербарным образцам или единичным экземплярам, было очень трудно отобразить в латинском названии нового вида или рода его характерные особенности, в то время как местное население их тонко подмечало и подчеркивало. Однако корифеи орхидологии — Д. Линдли, Г. Рейхенбах, Д. Гукер, Ф.Шлехтер и многие другие ботаники, посвятившие свою жизнь систематике и таксономии орхидных, с большой ответственностью, пониманием и любовью относились к своему делу. Просиживая дни и ночи за микроскопом, они выполняли кропотливую работу описания с таким изяществом, что названия многих видов и родов органично отражают самую суть того или иного растения. Поэтому часто народное и латинское названия совпадают или очень близки по духу.

      Мы предлагаем совершить путешествие в мир тропических орхидей и повнимательнее познакомиться с теми чертами строения и биологическими особенностями, которые послужили поводом для их народных и научных названий.

      Не случайно первой известной европейской науке орхидеей Нового Света стала стангопея тигровая (Stanhopea tigrina Batem. ex Lindl.) с крупными, яркими и ароматными цветками. Это растение, под именем Coatzonte coxoahitl (вероятно, так звучало местное название), было описано в «Натуральной истории Мексики» личным врачом короля Испании Филиппа II, членом ордена иезуитов Франциском Эрнандесом, который изучал флору и фауну Мексики в 1571 -1577 годах. Спустя сто лет гравюры из этой работы с пояснениями автора были опубликованы в Риме. Изображение стангопеи на одной из гравюр в достаточной степени условно, хотя растение вполне узнаваемо. Сам Эрнандес назвал его «цветком — рысью». Уникальные цветки всех видов стангопеи отличаются крупными размерами (более 20 см), восковидной консистенцией мясистых лепестков, коротким периодом цветения (1-3 суток), сильным, приятным, но быстро утомляющим ароматом, напоминающим смесь ванили и дыни. Удивительно строение губы — особого видоизмененного лепестка, служащего посадочной площадкой для насекомого — опылителя и ее вертикальная ориентация в пространстве, не совсем обычная для орхидей. Средняя часть губы несет две твердых роговидных лопасти, из-за которых коренные мексиканцы называют стангопеи «орхидеями — бычками» или «орхидеями — буйволами», а ботаников и растениеводов поражает удивительный механизм, предназначенный для перекрестного опыления. Аромат привлекает насекомых — опылителей, это — трутни пчел из рода Euglossa. Опускаясь на крайнюю лопасть дугообразно изогнутой губы цветка, трутень взбирается наверх и передними ножками соскабливает железистый эпидермис, выделяющий одурманивающие вещества. Обездвиженное насекомое скатывается по губе вниз, как по горке, причем от падения на землю его предохраняют роговидные выросты, натыкается на колонку (особую, характерную только для орхидных структуру, состоящую из сросшихся тычинок и пестика) и уносит на себе пыльцевые комочки — поллинии. Проделывая этот же путь на другом цветке, трутень оставляет поллинии на его клейком рыльце, производя опыление. Считается, что своеобразный наркотик, выделяемый стангопеями, способен продлить короткую жизнь трутней от нескольких дней до нескольких недель. Цивилизации сменяли друг друга, оставляя археологам крохотные кусочки письменных и художественных свидетельств того, что орхидеями восхищались не только современные, но и древние народы. Сохранилось индейское имя прекраснейшей орхидеи масдеваллии Вейча (Masdevallia veitchiana Rchb.f.), растущей в горах Южной Америки на территории современного Перу. Древние инки называли эту орхидею «вакуанки», что в переводе означает «вы будете кричать». Современные жители высокогорных районов Перу и Колумбии прозвали масдеваллии «орхидеями — флажками» за их лаконичную форму и яркую окраску. В научном названии рода увековечено имя Хосе Масдевала — врача при дворе короля Испании, а видовое название дано растению Г. Рейхенбахом в честь выдающегося английского ученого и растениевода Джеймса Вейча.

      Примечателен желтый ароматный цветок ангулоа Кловеса (Anguloaclowesii Lindl.), колумбийской листопадной орхидеи с округлыми, плотно сложенными лепестками и чашелистиками, из — за чего растение получило имя «орхидея — тюльпан». Подвижное сочленение задней части губы является механизмом своеобразной ловушки, опрокидывающей насекомое внутрь цветка для успешного опыления. Колебания губы, двигающейся вперед и назад от малейшего прикосновения или движения воздуха, послужили поводом для другого народного названия растения — «орхидея — люлька». По прихоти судьбы в научном названии этого необыкновенного растения увековечены имена двух, в общем-то, случайных людей. Кто вспомнил бы сейчас о доне Франциско Ангуло, в 1794 г. занимавшем пост генерал — директора рудников в Перу, если бы два испанских ботаника, Руиз и Павон, найдя в районе подчиненных ему шахт неизвестное растение и описав новый род, не назвали бы его ангулоа? Видовое название было дано по имени Р.Д.Кловеса, который привез свой цветущий экземпляр для описания Джону Линдли в 1844 г.

      «Цветком одного дня» называют жители Коста — Рики собралию крупноцветковую (Sobralia macrantha Lindl.) за непродолжительное цветение. Крупные, более 15 см в диаметре, яркие цветы поочередно появляются на коротких цветоносах у вершины побега и остаются свежими от 1 до 3 дней. Губа, туго сложенная внутри бутона, у раскрытого цветка никогда не разглаживается полностью и выглядит несколько помятой. Этот маленький недостаток (или интересная биологическая особенность) придает цветку особый шарм. Хорошо развитое растение способно за сезон дать до 140 цветков. Род назван в честь испанского ботаника Франциско Собрала, жившего в XVIII веке. Еще одна удивительная тропическая орхидея — эпидендрум реснитчатый (Epidendrum ciliare L). Его изящная трехлопастная губа очень похожа по цвету и форме на белое перо, случайно вылезшее из подушки. В просторечии эпидендрум реснитчатый называют «орхидея-птичье перо» или «перо петушка». В некоторых районах распространения местные жители сравнивают бахромчатую сильно изрезанную губу с пауком и называют растение «орхидеей — пауком». Вид широко распространен в тропических областях Центральной Америки и встречается от Мексики до северной части Южной Америки и в Вест — Индии. Сильно различается по размерам цветков, цветоносов и побегов. Эпидендрум реснитчатый является одним из старейших садовых растений, известных еще Карлу Линнею, который описал его в 1759 г. Цветет зимои, цветки остаются свежими в течение нескольких недель и обладают восхитительным ароматом, усиливающимся в ночное время. Хотя цветки эпидендрума реснитчатого не лишены своеобразного изящества, этот вид послужил причиной разочарования многих коллекционеров. Дело в том, что этот эпидендрум растет в природе в тех же районах, где и красивейшие орхидеи из рода Cattleya Lindl., популярные народные названия которых говорят сами за себя: «королевская орхидея» — C.dowiana Batem. & Rchb.f., «рождественская орхидея» — C.percivalliana O’Brien, C.trianae Lind. & Rchb.f., «цветок Святого Себастьяна» — C.skinneri Batem., «великолепие Ориноко» — C.violacea (H.B.K.) Rolfe. В XIX веке каттлеи были очень дорогими коммерческими растениями, которые сотнями и тысячами экземпляров вывозили из стран Центральной и Южной Америки в Англию и Европу. В не цветущем состоянии, из-за похожего строения побегов, листьев и корней, эпидендрум реснитчатый легко было спутать с каттлеями. Скольких сборщиков орхидей и коллекционеров постигло горькое разочарование, когда вместо долгожданных каттлеи, расцвеченных всеми оттенками лиловых, пурпурных, фиолетовых и желтых тонов, зацветали невзрачные «птичьи перья»! Однако этот казус способствовал широкому распространению вида в ботанических садах Европы. «Маленькими человечками» прозвали жители южных районов Бразилии цветы гомезы Баркера (Gomesa barker! (Hook.) Regel). Боковые лепестки и чашелистики напоминают ручки и ножки, колонка — головку, а подвернутая губа с выростами — тело забавной человеческой фигурки. Европейцы называют эту орхидею «Панч и Джуди» — по именам популярных персонажей кукольных комедий, что — то вроде нашего Петрушки. В научном названии присутствуют имена португальского ботаника Бернандино Антонио Гомеса и английского садовода Георга Баркера, живших в XIX в.

      Кроме эпидендрума реснитчатого на роль «орхидей — пауков» претендуют центрально-американская орхидея брассия бородавчатая (Brassia verrucosa Lindl.), аэрантес крупноцветковый (Aeranthes grandiflora Lindl.) с Мадагаскара, паучник воздушный (Arachnis flos — aeris (L.) Rchb.f.), распространенный на Малайском полуострове, в Сингапуре, на Яве и Суматре, европейские бровники осоподобный и шмелецветный (Ophrys sphe-godes Miller, Oph.fuciflora Moench) и другие. Общий вид цветка брассии длиннейшей (Brassia longissima (Rchd.f.) Nash) напоминает сверчка, причем боковые чашелистики имитируют задние ножки, скрещенные вверху лепестки играют роль усиков — антенн, а в качестве брюшка выступает пятнистая заостренная губа. Но самыми удивительными насекомо-подобными цветками обладают орхидеи из рода Psychopsis Raf. Психопсис мотыльковый (Psyhopsis papilio (Lindl.) H.G.Jones) и очень близкий к нему вид психопсис Крамера (P.Krameriana (Rchb.f.) H.G.Jones) — родом из влажных тропических лесов Южной Америки. Цветки этих орхидей, поочередно появляющиеся на длинных, до одного метра, прямостоячих цветоносах, удивительно похожи на крупных желто-коричневых насекомых. Широкая гофрированная желтая губа с коричневой каймой, крыло-подобные волнистые боковые чашелистики и, особенно, длинные антеннообразные лепестки и спинной чашелистик придают цветку вид экзотической бабочки. Каждый цветок остается свежим в течение трех недель, после его увядания распускается следующий, причем бутоны могут раскрываться одновременно и на старых, и на новых цветоносах.

      Привезенные в Англию в 30-х годах XIX века, эти удивительные орхидеи вызвали настоящую сенсацию среди членов Королевского Садоводческого Общества и стали причиной массового увлечения европейских садоводов тропическими орхидеями. Джон Линдли, являвшийся тогда, кстати, секретарем Общества, описал растение, привезенное с о. Тринидад, включил его в род Oncidium Sw. и дал ему название 0.papilio — онцидиум мотыльковый или «орхидея — бабочка» за насекомоподобный цветок. Он писал, что строение лепестков и верхнего чашелистика сильно отличает этот вид от других онцидиумов и выделил его в особую секцию. Более 150 лет спустя, в 1982 г. эта секция получила статус рода и новое родовое название Psychopsis Raf. (от греческого psyche — бабочка, opsis — подобный), которое удачно отображает заимствованный в греческой мифологии образ Психеи — человеческой души, обычно изображаемой в виде бабочки или молодой девушки с крыльями бабочки.

      Онцидиумы из секции Miltoniastrum имеют крупные, мясистые и толстые листья, из — за которых всю секцию называют «ухо мула».А особенности строения и внешний вид цветков являются предпосылкой для других народных названий этих онцидиумов, например, онцидиум Ланца (0. lanceanum Lindl.) называется «кедровая пчела», а онцидиум блестящий (O.splendidum A.Rich.) жители Гондураса называют «солнце и луна» за радиально расположенные пятнистые лепестки и чашелистики, похожие на солнечные лучи и крупную полулунную желтую губу. Еще одна интересная орхидея из тропических районов Америки — шомбургкия дудочковидная (Schomburgkia tibicinis Batem.). Видовое название растения происходит от латинского слова tibia — дудочка и описывает полое строение побега. Это эпифитная орхидея, растущая под палящим солнцем в кроне больших деревьев дождевых тропических лесов Вест-Индии и Центральной Америки. Крупные (более 50 см) граненые, суживающиеся к верху полые побеги, несущие на вершине по 2-3 овальных кожистых листа, послужили поводом для народного названия вида — «орхидея-коровий рог». Местное население изготавливает из перегородчатых полых псевдобульб музыкальные инструменты, отсюда другое прозвище растения — «орхидея -труба». Толстый и длинный верхушечный цветонос несет на конце до 30 довольно крупных (около 8 см) поникающих цветков. Волнистые лепестки и чашелистики светлые снаружи и темно — пурпурные изнутри, с красновато — коричневыми концами, губа оранжевая с пурпурными полосами и белыми краями. Вид интересен еще и тем, что в полых побегах поселяются муравьи. Подобный симбиоз орхидей с муравьями не редкость. Он наблюдается у орхидей из родов Coryanthes и Gongora. Циртоподиум точечный (Cyrtopodium punctatum (L.) Lindl.) тоже носит имя «коровий рог» или «рог быка».Это листопадный наземный вид или комлевой эпифит, растущий у основания стволов больших деревьев в очень влажных незатененных местах вокруг водоемов или на ежегодно пересыхающих болотах севера Южной Америки, во Флориде и на Кубе. За безлистные, утолщенные в середине и суженные на концах псевдобульбы растение также называют «орхидеей — сигарой». Не только визуальное, но и функциональное сходство с рогом животного придают циртоподиуму шипообразные выросты листовых влагалищ, которые остаются на псевдо-бульбе после опадения листьев. Неосторожный прохожий или сборщик может получить чувствительный укол, царапину или порвать одежду, зацепившись за колючий побег. Желто — коричневые цветки, собранные в крупные соцветия, послужили поводом для третьего народного названия этой орхидеи — «пчелиный рой». Вероятно, наиболее сильное удивление вызывает цветок перистерии высокой (Peristeria elata Lindl.), у которого положение и строение колонки, клюво-подобного пыльника и боковые выросты губы образуют внутри желтовато — белого цветка фигуру, напоминающую взлетающего голубя. Как «орхидея — голубь» это растение было известно индейским племенам, населяющим Панамский перешеек, а испанские колонизаторы называли его El Spirito Santo — «орхидея Святого Духа». Родовое название происходит от греческого слова peristerion — маленький голубь, а видовое имя elata — высокая, отражает величину всего растения — от двухметровых листьев и округлого побега размером с крупное страусиное яйцо до почти полутораметрового цветоноса. В природе перистерия высокая растет в тени гигантских деревьев девственного тропического леса, у края полян, на каменных глыбах, выходящих на поверхность под пологом леса — там, где скапливается листовой опад и другие растительные остатки, служащие субстратом. Одно из основных местообитаний этой орхидеи было разрушено во время строительства Панамского канала. Неумеренные коммерческие сборы также способствовали быстрому исчезновению вида в естественных местах произрастания. Однако панамцы, провозгласившие перистерию высокую национальным цветком своей республики, выращивают ее в домах и садах, содержат в кадочной культуре на улицах городов и поселков, не давая этой величественной орхидее совершенно исчезнуть с лица земли. Прозвище «орхидея — голубь» или «голубиная орхидея» носит дендробиум кошельковый (Dendrobium crumenatum Sw.) из Южного Китая, Бирмы. Вьетнама. Филиппин, Новой Гвинеи и Индонезии. Цветки этого растения напоминают стаю кружащихся в небе голубей, сверкающих белыми крыльями. Зачатки цветков внутри почек могут находиться в спящем состоянии несколько месяцев. Резкий перепад температуры в 5 — 7°С стимулирует их развитие. Из каждого укороченного цветоноса одновременно может развиться только один цветок, но, поскольку на большинстве цветоносов находится более 10 цветочных почек, каждый побег способен к многократному цветению. Белые цветки этого растения, которые раскрываются одновременно по одному из каждой почки, остаются свежими всего несколько часов. В местах произрастания вида ровная температура поддерживается в течение всего года, а ее сильные периодические понижения вызываются редкими холодными штормовыми дождями. Возможно, резкие перепады температуры запускают механизм синхронизации ритмов развития цветка дендробиума кошелькового и насекомого — опылителя.

      Вид был описан шведским ботаником 0. Шварцем, который дал ему видовое название «кошельковый» из — за мешкообразной губы, напоминающей мешочек для денег, который носили на поясе в средние века. Род дендробиум, также установленный Шварцем, получил свое название от греческих слов dendron — дерево и bios — жизнь, что значит «живущий на дереве». Следующий интересный вид из Бирмы и высокогорий Гималаев — папилионанте вальковатая (Papilionanthe teres (Roxb.) Schltr). Род папилионанте был выделен Ф.Шлехтером из рода ванда (Vanda Jones) за двулопастную губу и цилиндрические листья, в названии рода присутствует латинское слово papilio — бабочка и anthe — цветок. Форма листьев отражена в одном из народных названий вида — «орхидея — карандаш». На рыхлых, не очень привлекательных внешне, побегах весной появляются крупные яркие цветки с фиолетово — розовыми лепестками и трубообразной губой, расписанной в желто — красно — розовой гамме. Кричащей окраской цветков папилионанте вальковатая напоминает тропическую птицу, отсюда ее второе народное название — «орхидея — попугай». Природный гибрид P.teres и P.hookeriana (Rchb.f.) Schltr. является национальным цветком Республики Сингапур. Названия некоторых азиатских орхидей указывают не только на строение цветков, но и на общий облик растений. Так, например, дендробиум алоэлистный (Dendrobium aloifolium Rchb.f.) вьетнамцы называют «императорская трава изящный дракон» из — за поникающих побегов, покрытых, как чешуей, треугольными листьями, а описавший этот вид Г. Рейхенбах отметил его сходство с алоэ. Другой широко распространенный в странах Юго — Восточной Азии дендробиум односторонний — D.secundum (Bl.) Lindl. носит имя «орхидея — зубная щетка» из — за строения и расположения цветоносов с плотно прилегающими друг к другу мелкими цветками, направленными в одну сторону. Виды рода Luisia Gaud., за вальковатые листья, по форме напоминающие карандаш, называются «орхидеями — палочками», а темно — пурпурные с зеленым цветки определили другое их местное название — «пчелиные орхидеи».

      Нет ничего удивительного в том. что цветы многих орхидей походят на насекомых — ведь их форма и окраска имитирует самок этих крылатых опылителей, приглашая самцов к ложному спариванию. Например, так называемые «орхидеи — пчелы» — бровник пчелоносный (Ophrysapifera Hudson), луизия вальковатолистная (Luisia teretifolia Gaud.) опыляются пчелами, «орхидеи — мухи» — ятрышник насекомоносный (Orchis insectifera L), нефелафиллюм сердцелистный (Nephelaphyllum cordifolium Bl.) опыляются мухами. Цветки нефелафиллюма сердце-листного очень похожи на довольно крупных зеленых мух с растопыренными крыльями и выпуклыми глазами. У большинства видов орхидей завязь перекручивается так, что губа оказывается снизу и служит удобной посадочной площадкой для насекомых — опылителей. Нефелафиллюм имеет не перекрученную завязь, его цветок приспособлен для опыления псевдокопулирующими самцами мух, которые принимают цветок за самку, готовую к спариванию. Двенадцать очень редких в культуре видов этого рода распространены в Малайзии. Индонезии и на Филиппинах. Наземные орхидеи из родов Anaectochilus Bl., Goodyera R. Br, Ludisia A. Rich., Macodes Lindl. называют «драгоценными орхидеями» или «пестролистными драгоценностями» благодаря переливающимся на солнце расписным листьям. В Австралии тоже есть орхидеи с оригинальными листьями. Это, например, дендробиум огуречный (Dendrobium cucumerinum Macleay) — некрупная эпифитная орхидея, которая в природе растет, в основном, на казуаринах, плотными подушечками покрывая ветви и стволы деревьев — хозяев. Чаще всего дендробиум огуречный селится на казуарине хвощелистнои (Casuarina eqisetifolia ), которую австралийцы называют «речным дубом» или «береговым дубом», хотя к дубам это дерево не имеет никакого отношения. «Листьями» казуарины хвощелистнои в действительности являются модифицированные веточки, в то время как настоящие листья редуцированы в чешуеподобные щетинки. В просторечии эти сухие «листья» известны под названием «дубовые иглы» и высоко ценятся некоторыми любителями как ингредиент субстрата для эпифитных орхидей, поскольку они медленно разлагаются и обладают хорошей воздухопроницаемостью. Сами же казуарины чрезвычайно ксерофитны, они растут вдоль тихоокеанского побережья Австралии от Сиднея до Брисбена, где засуха — нормальное сезонное явление и проливные дожди в период влажных юго — восточных пассатов сменяются засушливыми зимами. В этих условиях и дерево — хозяин, и эпифит имеют ксерофитную листву и хорошо адаптированы к месту произрастания. Местное название D. cucumerinum — «орхидея — огурец» или «орхидея — корнишон» дано растению из — за зеленых пупырчатых листьев, которые напоминают маленькие огурчики. Другие австралийские и новозеландские дендробиумы могут гордиться своими необычными цветками. У дендробиумов из секции Spatulata длинные винтообразно закрученные лепестки напоминают рога некоторых копытных, за что их называют «антилопными орхидеями», растущие на скалах дендробиумы из секции Dendrocoryne, например, дендробиум Кинга (D. kingianum Bidw.), австралийцы называют «розовыми каменными лилиями». В книге «Экзотичекие растения» (1678 г.) немецкий купец из Данцига, ботаник — любитель Якоб Брейн писал, что разнообразие цветков орхидей вызывает высочайшее восхищение и, обладая некоторой долей фантазии, в них можно увидеть маленьких пчел и длинноногих пауков, гибких ящериц и меланхолических жаб, проворно скачущих обезьян и человеческие лица, птичьи перья и изящные башмачки.

      Одним словом, создавая орхидеи, природа продемонстрировала изрядную изобретательность и наделила их признаками, способными если не развеселить, то привести в восторг. Орхидеи поражают не только причудливыми цветками, их фантастической формой, окраской и ароматом, но и своей особой одухотворенностью, позволяющей относиться к ним как к особым друзьям, чутко реагирующим на любовь и заботу. Можно даже назвать их домашними растениями — животными. Подчеркнув особые черты облика и биологии всего лишь нескольких видов орхидей, мы только слегка приоткрыли дверь в огромный и разнообразный мир, пробудив, быть может, желание читателя познакомиться ближе с этими фантастическими творениями природы, нуждающимися, как и все живое на Земле, в нашей любви и защите.